Синхронный перевод: английский ↔ русский для юристов и бизнеса
Когда от точности формулировки зависит исход арбитража или условие сделки, перевод нельзя доверять «на удачу». Мы обеспечиваем синхронный перевод с английского на русский и с русского на английский для разбирательств, переговоров и деловых мероприятий — с пониманием права, а не только языка.
В отличие от агентств, которые подбирают свободного лингвиста под дату, синхрон в «Кашицын Групп» ведёт практикующий юрист и сертифицированный судебный переводчик-синхронист Кирилл Савинский. Он переводил слушания в Постоянной палате третейского суда в Гааге и в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров (ICSID), сопровождал гражданские и уголовные процессы в судах США и участвовал в программе обмена для российских судей и юристов «Открытый мир — Верховенство закона». Терминологию арбитража или контракта он понимает изнутри.
Когда нужен синхронный перевод
Синхрон выбирают там, где нельзя терять время на паузы и где в зале сразу несколько слушателей с разными языками. Чаще всего к нам обращаются за переводом:
- слушаний в международном коммерческом и инвестиционном арбитраже, в том числе по регламентам ICC, ICSID и PCA;
- судебных заседаний и процессуальных действий с участием иностранной стороны;
- переговоров по сделкам M&A, совместным предприятиям и трансграничным контрактам;
- заседаний советов директоров, общих собраний и due diligence;
- конференций, форумов и деловых презентаций на английском языке.
Почему синхрон от юриста, а не «просто переводчика»
Хороший лингвист переведёт речь. Но в арбитраже свидетеля можно «потерять» на одном неверно переданном модальном глаголе, а в договоре — открыть спор там, где стороны были согласны. Юрист-синхронист слышит не отдельные слова, а смысл процесса: где идёт перекрёстный допрос, где формулируется оговорка, где принципиальна разница между «shall» и «may».
Кирилл годами составлял и согласовывал сложные международные контракты на коммерческом рынке космических услуг, взаимодействовал с регуляторами по всему миру и вёл обучающие семинары для адвокатских палат Москвы и Санкт-Петербурга по особенностям судебно-правовой системы США. Этот опыт и стоит за каждым переводом.
Форматы работы
Работаем в двух форматах. Очно — в Москве и Московской области, в зале суда, переговорной или конференц-зале. Удалённо — через платформы синхронного перевода (RSI) и в Zoom, Teams или Webex с отдельным каналом перевода; это удобно для онлайн-слушаний и встреч с участниками из разных стран.
Несколько вещей, о которых стоит знать заранее. Синхрон требует предельной концентрации, поэтому при работе дольше часа синхронисты сменяют друг друга каждые 20–30 минут — на полный день нужна пара переводчиков. Для очного формата может понадобиться оборудование: кабина, пульты, приёмники с наушниками. Всё это мы поможем организовать. И чем раньше мы получим материалы дела или повестку, тем точнее будет терминология в зале.
Конфиденциальность
Содержание разбирательств и переговоров остаётся между сторонами. Мы готовы подписать соглашение о неразглашении до начала работы и обращаемся с документами по тем же стандартам, что и с любым юридическим поручением.
Эксперт
Кирилл Савинский — генеральный директор «Кашицын Групп», сертифицированный судебный переводчик-синхронист. Выпускник МГУ, проходил обучение в Leonard N. Stern School of Business (NYU) и Fuqua School of Business (Duke University), работал в Институте экономического развития Всемирного банка в Вашингтоне. Проводил семинары по повышению квалификации для переводчиков юридической и деловой тематики.
Частые вопросы
Стоимость зависит от длительности, формата, тематики и числа синхронистов, поэтому мы рассчитываем её под конкретное мероприятие. Напишите или позвоните — подготовим смету.
При работе дольше часа переводчики сменяют друг друга каждые 20–30 минут. Для слушания или конференции на полный день нужна пара синхронистов.
Да. Работаем на платформах RSI и в Zoom, Teams и Webex с отдельным каналом перевода — без аренды кабин.
Юрист понимает суть процесса: логику допроса, формулировки договора, разницу между близкими терминами. Это снижает риск искажений, которые в арбитраже или сделке стоят дорого.
